Между двумя домами: семейная история российских немцев

Два разных вопроса о прошлом

Один вопрос исторический: что произошло с семьёй, где жили близкие, почему уехали, кто не вернулся. Здесь помогают документы, архивы и свидетельства людей.

Другой вопрос личный: что ты чувствуешь, когда об этом думаешь, какие ожидания несёшь с собой и что из семейных привычек хочешь сохранить. Исторические сведения и личное переживание могут дополнять друг друга, но не заменяют друг друга.

После немецкого нападения на СССР в 1941 году значительная часть немецкого населения была депортирована на восток. За переселением последовали принудительный труд в трудармии и ограничения спецпоселений. Этот контекст описан в материале bpb о переселенцах из постсоветских государств. EKD также пишет о семейном молчании и переживаниях переселения.

Эти сведения важны для понимания истории. Они не устанавливают причину тревоги или грусти конкретного человека и не говорят, что все потомки переживают прошлое одинаково.

Что ты узнаёшь в семейных правилах

Иногда прошлое заметно в повседневных фразах: «Не выделяйся», «Надейся только на себя», «Главное, что все живы». В тяжёлых обстоятельствах осторожность и умение терпеть могли помогать. Сегодня те же установки бывает непросто совместить с желанием отдыхать, просить поддержки или выбирать другую профессию.

При этом часть трудностей относится к самой жизни после переезда. Признать образование, найти друзей, снова почувствовать себя уверенно в языке бывает нелегко без всякой скрытой семейной причины. На встрече важно не пропустить то, что происходит у тебя сейчас, пока мы рассматриваем более далёкую историю.

Можно начать с простого вопроса: какое правило мне помогает, а какое я выполняю уже по привычке? Ответ не обязывает отказаться от семьи. Ты можешь оставаться связанной с близкими и менять собственные решения.

История о праве повернуться к своей жизни

Клиентка примерно тридцати пяти лет говорила, что не умеет спокойно радоваться: стоит случиться хорошему, она ждёт неприятности. О прошлом дедушки ей было известно немного. В семье упоминали Сибирь, но подробных рассказов не было.

На встрече она расположила фигурки себя, матери и дедушки. Внимание всё время возвращалось к его истории. Когда для дедушки и пережитого им нашлось отдельное место в изображении, она сказала: «Я могу повернуться».

После одной встречи её жизнь не стала совершенно другой. Но появилось изображение, к которому можно было возвращаться в размышлениях. Этот случай рассказывает о переживании одной клиентки. Он не доказывает, что её ожидание беды было вызвано дедушкиным прошлым.

Что даёт разговор о семье

В консультации мы можем выяснять, за что ты чувствуешь ответственность, кому боишься причинить боль своим выбором, на чьё одобрение надеешься. Иногда предметы помогают показать отношения на столе, иногда достаточно разговора.

Если используем расстановку, она отражает твой взгляд на ситуацию. Она не выясняет, какие события скрывают старшие, и не устанавливает чувства умершего человека. Можно рассматривать переживание принадлежности, не выдавая его за историческое знание.

Важно замечать и поддержку: навыки, юмор, семейные традиции, людей, рядом с которыми тебе легче. История семьи состоит не только из потерь. Ты вправе выбирать, что из неё хочется взять в свою дальнейшую жизнь.

Как начать разговор со старшими

Вопрос «Как вы всё это пережили?» может оказаться слишком большим. Иногда легче попросить рассказать об одном месте: кухне в старом доме, дороге в школу, любимом дереве во дворе. Если человек готов, разговор может постепенно пойти дальше.

Можно заранее уточнить, хочет ли он говорить и можно ли записать голос. Отказ стоит уважать. Не нужно добиваться тяжёлого воспоминания ради того, чтобы семейная история стала полной.

Одна клиентка рассказывала, что её семья сохранила запись разговора с бабушкой. Бабушки давно нет, а её голос можно услышать: интонации, паузы, неожиданный смех. Клиентка сказала: «Когда я её слушаю, я чувствую, откуда я и что я принадлежу этому роду».

Это один из способов сохранить связь. Другими могут быть подписи к фотографиям, записанные рецепты, письмо или сведения об именах и местах. Выбирай то, на что у вас с близкими есть желание и силы.

На каком языке говорить о своём

Я могу вести встречу на русском и немецком. Можно переходить между языками, если школьное воспоминание легче рассказать по-русски, а о сегодняшней работе хочется говорить по-немецки. Необязательно переводить всё в голове заранее.

Если семейная история почти неизвестна, это не препятствие для разговора. Мы начнём с доступных сведений и твоего сегодняшнего вопроса. О том, как обращаться с пробелами в памяти, есть отдельный текст о семейных тайнах.

Личная консультация с Анной Зерф

Если тебе хочется обсудить принадлежность, переезд или семейные ожидания, можно записаться на системную консультацию. Она проходит под Мюнхеном либо онлайн, занимает 45 минут и стоит 110 €.

Мы вместе смотрим, с чем ты пришла и какая поддержка подходит сейчас. Решать заранее, что тебе обязательно нужна расстановка, не требуется. Если ты находишься в остром психическом кризисе, сначала нужна медицинская или психотерапевтическая помощь.